Специальная военная операция России показала, что военно-полевая медицина и медицина спецопераций нуждается в особой опеке федеральных властей и восстановлении системы подготовки кадров. В предыдущие годы слишком много было потеряно в подготовке и организации военно-медицинского дела в стране.

Свернутый госпиталь. Долгие годы военной медицине в Вооруженных силах России, несмотря на перманентное участие армии в войнах и конфликтах, уделяли недостаточное внимание. С одной стороны, инерция 90-х вынуждала экономить и финансировать медицину в погонах по остаточному принципу, с другой, сокращалась и та инфраструктура, которая влачила жалкое существование. Особенно это стало очевидно на рубеже нулевых и десятых годов текущего столетия, когда во главе Министерства обороны РФ был Анатолий Сердюков, начавший весьма неоднозначные реформы в армии.

По данным генерал-полковника медицинской службы, член-корреспондента Российской Академии медицинских наук Игоря Быкова, общее количество военных врачей в этот период сократилось с 13 до 2,5 тыс., а в 2009 году закрыли 18 госпиталей из действующих 175. Позже ликвидации подвергли еще 30 отдельных медицинских подразделений — от лазарета до поликлиники.

К 2012 году 47 субъектов Федерации, где состояли на службе порядка 47 тыс. военнослужащих, лишились госпиталей и военных клиник. Кроме того, в 2010 году были закрыты Нижегородский, Саратовский, Томский и Самарский военно-медицинские институты, выпускавшие около 700 профессиональных врачей в год.

Попутно в гражданских профильных вузах начали закрывать базовые специальности: военную токсикологию, военную радиологию, военно-полевые хирургию и терапию, а также организацию и тактику медслужбы. В России были закрыты порядка 50 кафедр и факультетов вузов, занимающихся подготовкой специалистов медицинской службы запаса.

При этом фактически каждый из начинавшихся военных конфликтов (Чечня, Грузия, Сирия, Донбасс) демонстрировал «белые пятна» в подготовке и организации медицинского дела в армии. Особенно это касается такой сферы, как «медицина спецопераций» — всестороннее медицинское обеспечение боевых и специальных операций. По сути, медицины догоспитального звена.

медицинско-военные учения1.jpg

Медицина спецопераций. По мнению начальника Центрального военного клинического госпиталя имени П.В. Мандрыкина, генерал-майора медицинской службы Павла Крайнюкова, в рамках гибридного конфликта с участием сил спецопераций, ЧВК и т.п. классический формат медицинского обеспечения, согласно руководящим документам и боевым уставам регулярной армии, невозможен. Медицина спецопераций существует в рамках организационно-штатных структур СпН, ИрФ, ЧВК, и это одна из составляющих всестороннего обеспечения. В своей структуре и функциях медслужба повторяет структуру штата подразделения (частью которого является) и структуру его боевых порядков.

В России давно уже работает специализированный Учебный центр тактической медицины, возглавляемый врачом-ортопедом, кандидатом медицинских наук Артемом Катулиным, одним из соавторов книги «Основы тактической медицины» и «Оказание первой помощи на поле боя».

«Врачи спасают жизни, и российские военные госпитали оснащены всем необходимым. Другое дело, что врачи не всегда находятся на передовой и не всегда их можно отправить в зону боевых действий. В таких экстремальных условиях военнослужащие должны уметь оказать помощь себе и пострадавшему товарищу. Это, собственно, и есть тактическая медицина, — говорит Артем Катулин. — Она позволяет раненому дождаться квалифицированной медпомощи, то есть продержаться от момента огневого контакта до так называемой эвакуационной ячейки. Мы прилагаем усилия, чтобы привить бойцам столь важные навыки. Текущий уровень подготовки в силовых ведомствах явно недостаточный. Например, в МВД на медицинскую подготовку работников полиции отводится всего лишь два часа в год. Для сотрудников ГИБДД это, по-моему, шесть часов, у военнослужащих — восемь часов».

В боевых условиях на оказание первичной догоспитальной помощи раненому отводятся считанные минуты. Иначе велик риск потерять бойца. Поэтому специальная медицинская подготовка каждого военнослужащего столь важна.

Далее следует эвакуация их в полевой госпиталь, где с ними уже работают профессионалы.

Сегодня в составе полевого госпиталя — рентген-кабинет, кабинет УЗИ, лаборатория, стационар, операционные.

Для подвоза раненых военнослужащих рядом с госпиталем оборудуется вертолетная площадка, куда заходят на посадку под прикрытием средств ПВО транспортные вертолеты Ми-8. Также получивших ранения с поля боя эвакуируют на бронекапсулах, установленных в кузове грузовика. На подобных автомобилях нет привычного красного креста. Водители санитарных машин рассказывают, что украинские военные нарушают все международные конвенции и в первую очередь бьют именно по медицинским автомобилям.

Для продолжения лечения раненых отправляют на территорию России, но большинство военнослужащих после лечения возвращаются на службу в свои подразделения на северный участок спецоперации.

Гражданская позиция. Со своей стороны в помощи как военным, так и гражданскому населению на освобожденных территориях активно участвуют волонтеры. Еще в конце марта инициативная группа волонтеров из новосибирского фонда «Гражданский патруль» призывала медиков всех специальностей ехать в Донбасс для работы на освобожденных территориях. «Ситуация катастрофическая — мы привозим медикаменты и оборудование в прифронтовые больницы, но их там просто некому компетентно использовать. В Волновахе, городе с 15 тыс. жителей, на всю и без того разбомбленную больницу всего два человека — главврач и медсестра. Таких мест здесь полно, а скоро будет еще больше. Где-то нужны хирурги, где-то врачи скорой помощи, где-то начмеды, где-то фельдшеры. Есть два сценария трудоустройства врачом на фронте — волонтером и по контракту. Этот вопрос решается по итогу собеседования», — рассказали инициаторы сообщества Ростислав Антонов и Александр Жучковский.

Спустя месяц волонтеры отчитались, что собрали уже 5 млн рублей, на которые были закуплены три автомобиля, большая партия бронежилетов, электрогенераторов, медицинского инвентаря, медикаментов и др. Помощь была оказана батальонам «Спарта» и «Сомали», бригадам № 100 и «Кальмиус», полкам 9 и 11, тербатам 1 и 2, отдельным подразделениям, медикам и бойцам.

Также в апреле волонтеры из Белгорода и Ростова передали для медиков два автомобиля (Mercedes-Benz Sprinter и Volkswagen Transporter) и большую партию медикаментов. По словам Ростислава Антонова, в мае большая партия медикаментов поступила в больницы Мариуполя (больница на Нахимова, 200, роддом на Пашковского, 36, Киевская, 54).

Помощь военным и гражданским медикам оказывают многие волонтеры со всей страны. Проблем с этим как раз не возникает. Больше проблем с пропуском этой помощи на территорию Донбасса — вопрос о налаживании специального таможенного режима для ввоза в зону боевых действий и на освобожденную территорию уже давно поставлен перед федеральными властями.