Частные офтальмологические клиники росли три последних года стабильно на 15-20%, прежде всего, за счет операций по коррекции зрения. На эту тенденцию влияют сразу несколько факторов: возросшее доверие к данной операции, все большая технологичность и безболезненность, а также доступность.
Офтальмология — один из наиболее стабильных и быстрорастущих сегментов частной медицины в России. Клиники активно развиваются не только за счет новых услуг, но и географической экспансии. Кроме того, им удалось сполна воспользоваться недальновидностью производителей контактных линз, часть из которых в 2022 году приостанавливала поставки — многие россияне с плохим зрением тогда отказались от этих медицинских изделий в пользу коррекции. В 2022 году ведущие игроки рынка зафиксировали резкий рост спроса на свои услуги. В центре офтальмологии группы «Медси» этот факт связали с тем, что многие клиенты решили радикально подойти к вопросу коррекции зрения, наблюдая рост цен на контактные линзы и определенный дефицит с оптикой — это полностью импортируемый продукт, в Россию его поставляют, преимущественно, американские и британские компании. Интерес к услугам частной офтальмологии растет и по целому ряду других причин, отмечает главный врач клиники «Корд» (Казань) Антон Демидов. По его словам, происходит все большее принятие технологий улучшения зрения широкими слоями населения — люди видят, как знакомые улучшают свое зрение, избавляются от очков, то есть видят позитив и в то же время не видят каких-то негативных случаев, ведь современные технологии, действительно, очень надежны и при надлежащем применении дают идеальные результаты. «То есть растет доверие к медицинским технологиям и офтальмологии в частности. Второй важной причиной роста офтальмологии становится количество людей с плохим зрением, которое, к сожалению, стремительно растет из-за повсеместного использования гаджетов, общего омолаживания болезней, повышения нагрузок на зрение в любом возрасте, начиная чуть ли не с детского сада. Ну и, наконец, нельзя не отметить роль интернета, соцсетей и массмедиа, благодаря которым стало гораздо легче собрать информацию, необходимую для принятия сложного и ответственного решения о лечении глаз. Это значительно облегчает как выбор технологии, так и поиск клиники, конкретного специалиста», — объясняет Антон Демидов.
Перестали бояться. Операция по коррекции зрения сегодня — это быстро и безопасно, отмечают специалисты, кроме того, многие клиники вложились в качественное оборудование, а хирурги получили опыт и продолжают развивать свою квалификацию. Почти у каждого человека в кругу общения есть кто-то, кто сделал такую операцию, и отзывы чаще всего очень хорошие, побочные эффекты или осложнения — достаточно редкое явление. Участники рынка отмечают, что большая часть таких операций относится к высокотехнологичной медицинской помощи, проводится на дорогом оборудовании и с использованием качественных расходников, так что любой риск сведен к минимуму. Таким образом, именно доверие пациентов и сарафанное радио с отзывами стало важнейшим катализатором роста оборота ведущих офтальмологических клиник.
Однако не только коррекция зрения помогает офтальмологическому рынку расти. Несколько лет назад частные офтальмологи вошли в программу ОМС, таким образом, сегодня значительную часть глазных болезней можно лечить за счет государства, это выгодно как пациентам, так и частным клиникам, хотя здесь они могут рассчитывать только на минимальную маржу, однако создают трафик, который в дальнейшем могут конвертировать в работу по тому прайсу, который считают справедливым.
Как сообщили в «АльфаСтрахование-ОМС», по полису можно получить профилактическое и диагностическое обследование, а также неотложную и скорую медицинскую помощь при тяжелых травмах и осложненных офтальмологических заболеваниях. Предусмотрена в рамках программы страхования и специализированная медицинская помощь, в частности, хирургическое лечение глаукомы, реконструктивные операции при травмах, хирургическое и лучевое лечение злокачественных новообразований глаза, его придаточного аппарата и орбиты, лечение ретинопатии недоношенных и врожденных аномалий.
Главный врач центра микрохирургии глаза «Прозрение» Рустам Гилязев говорит, что в целом негосударственным медицинским клиникам тяжело получить значительные квоты (на пациентов по ОМС приходится не более четверти оборота его клиники), однако это направление он оценивает как очень перспективное. «Не скажу, что для клиник это большой заработок, тем более по государственным деньгам очень сложно отчитываться, документооборот отнимает время и силы специалистов. При этом мы должны думать и о некой социальной функции, ведь далеко не у всех есть деньги на операцию. Мы же, в свою очередь, можем обеспечить дополнительную загрузку дорогостоящего оборудования и высокооплачиваемых специалистов», — говорит он.
Тенденция усиления внимания со стороны частных клиник к сектору ОМС будет увеличиваться на фоне пандемии, отмечает директор ООО «Здоровье +» Алмаз Газизов. «Сейчас это один из главных драйверов роста в частном секторе. Усилия государственных медицинских учреждений направлены, преимущественно, на борьбу с коронавирусом, было несколько этапов сворачивания плановой помощи, часть больниц были полностью отданы под ковидные госпитали, поэтому эту работу взяли на себя частники», — говорит он.
Ставка на технологии. Ведущие клиники за последние годы крайне сильно продвинулись в плане высоких технологий, до 90% операций в крупных частных профильных медучреждениях относится к ВМП. Это дает игрокам рынка работать с тем сегментом, который еще несколько лет назад был для них недоступен. Например, в «Корде» пациентам предлагается операция по вживлению факичных линз, действие которых основано на принципе обычных контактных, но ни снимать их, ни постоянно ухаживать за ними не нужно — острота зрения при этом сохраняется долгие годы. «С помощью факичных линз можно исправить близорукость, астигматизм (так же, как очки и контактные линзы), но возможностей у таких линз больше. Их мы используем у пациентов, имеющих сверхвысокую близорукость: -15…20. Лазерная коррекция не может технически убрать столько диоптрий, а факичные линзы могут. Еще один фактор в пользу факичных линз — по физиологическим причинам мы не делаем лазерную коррекцию пациентам до 18 лет и старше 40 лет, у линз таких ограничений нет», — отмечает заместитель главного врача по медицинской части клиники «Корд» Искандер Баширов.
Активно за последние годы развилась технология замены хрусталика. Ранее ее использовали, преимущественно, при лечении катаракты, однако сейчас применяют для лечения в том числе и близорукости, дальнозоркости, астигматизма, то есть позиционируют как альтернативу классической коррекции. Искандер Баширов подчеркивает, что еще 10-15 лет назад это был сложный, травмирующий и в некоторых случаях даже варварский метод хирургического вмешательства, при котором делались большие разрезы на глазах, оставались послеоперационные швы, пациентам предстояло долгое неприятное восстановление, а вот оптический эффект был очень непредсказуем. «Сейчас оборудование и квалификация врачей сделали подобные операции во многом рутиной. Сегодня такая операция делается не через разрезы, как раньше, а через прокол меньше миллиметра. Все это сказывается и на эффекте, который мы получаем, и на быстром заживлении, быстрой адаптации пациентов», — комментирует он. При этом эксперт отмечает, что подобные высокотехнологичные операции могут быть существенно дороже обычной лазерной коррекции. «Конечно, технология ИОЛ требует высокой квалификации хирурга, нужно уметь обращаться со сложным оборудованием и иметь необходимый опыт, как правило, вести речь о более чем тысяче проведенных операций. Только в этом случае можно гарантировать качество медицинской услуги», — говорит Искандер Баширов.